– Не нарушил, – заверил его Аркадий. – Ваша карьера депутата, Вадим Сергеевич, не затронута ни в одной строке договора.
Шелестя бумагами, из темноты зала в свет ламп к столу вышла миниатюрная женщина в зеленовато-сером вечернем платье с рисунком огромного зеленого яблока. Пепельно-русые волосы красивым водопадом струились по ее шее и плечам. Цокот десятисантиметровых шпилек завораживал Бориса и Вадима Сергеевича. Они на долю секунды даже забыли, где находятся.
Елена встала за спиной у Аркадия и подала ему три скрепленных отпечатанных листа бумаги. Аркадий аккуратно развернул три экземпляра договора и велел каждому участнику сегодняшней игры подписаться во всех соглашениях.
Борис занял атакующую позу, облокотившись о край столешницы. Он подался чуть вперед, намериваясь уколоть Аркадия своим гневным острым взглядом.
– А твоей ставкой, очкарик, была эта цыпа в симпатичном платьице? – недобро блеснув глазами, невинным тоном уточнил Борис.
Янтарные глаза Елены вспыхнули негодующим желтым светом. Аркадий почувствовал за своей спиной исходящее от ассистентки нарастающее напряжение.
– Ты не первый, что хотел сбагрить жену, но предпочел выиграть, – понимающе закивал Борис. – И я тебе могу предложить выгодную сделку: ты мне свою жену, а я тебе – особняк и три иномарки. По рукам?
Аркадий видел, как в Борисе раздувается непомерное желание обладать такой красивой женщиной как Елена.
Тонкая ладонь легла Аркадию на плечо тяжким грузом.
– Ты на кон поставил меня?
– У меня больше ничего ценного с собой не было, Елена, – оправдался он.
– Значит, я ценная жена, от которой ты не проглядел возможности избавиться? – взвилась она, с силой сжав ладонью его крепкое плечо.
Аркадий безнадежно покачал головой:
– Вечно раздувает из мухи слона! Да, от такой жены и ассистентки лучше избавиться!
Борис довольно потер руками. Ему нравилось, что предложенная им сделка принесет плоды хоть какого-то удовольствия.
Он, не читая ни слова, поставил подпись во всех трех бумагах и, сорвавшись с места, изучающим взглядом осмотрел Елену со всех сторон. Ему она понравилась от кончиков волос до пяток. Борис млел от идеально сложенных женщин невысокого роста, который позволяет им носить каблуки.
– Обещаю, пупсик, я тебя буду очень долго ценить, – широко улыбнулся он ей и, не удержавшись, провел тыльной стороной ладони по ее щеке.
Елена обожгла яростным взглядом так легко отказавшегося от нее Аркадия и одарила Бориса самой сахарной улыбочкой в мире.
– Если ты готов поговорить о нас, то нам стоит найти уютное местечко, – сладко пропела она, взяв Бориса под локоть, и потянула его в темноту зала.
– С тобой я к чему угодно готов, малышка.
Их двоих поглотил непроглядный мрак огромного игрового зала.
Аркадий не стал провожать взглядом Елену и Бориса. Он не видел нужды в долгих прощаниях, тем более что не чувствовал себя виноватым и участи Бориса не завидовал.
– Для вас, Вадим Сергеевич, у меня, к сожалению, ничего нет. У меня была только одна жена и ее уже увели, – облегченно вздохнул Аркадий, сняв очки. Глаза ужасно уставали от постоянного напряжения. – Как насчет того, что ни один журналист не узнает о сегодняшней игре?
Вадим Сергеевич прищурился, расценивая предложение.
– Вы уверены, что работаете школьным учителем, а не кем-то другим? У вас талант пудрить мозги.
– Ну-у, – протянул Аркадий. – Вы тоже талантливы в той же сфере. И если вам не нравиться мое предложение, то могу познакомить вас с моим давним знакомым редактором газеты…
– Нет-нет, что вы! Не трудитесь! Я согласен на ваше предложение!
– Тогда подпишите договора – и мы разойдемся как в море корабли!
Вадим Сергеевич взял трясущимися руками брошенную Борисом шариковую ручку и начертил по два зигзага в каждом экземпляре. Аркадий не без жалости смотрел на депутата так бессовестного пользующегося средствами благотворительной организации. Может быть, сегодняшняя игра хоть чему-то научила Вадима Сергеевича, и он перестанет растрачивать чужие деньги хотя бы на азартные игры.
– А, может, все-таки вас познакомить с…
– Нет, не стоит, – заверил его депутат, вытирая пот с лица. – Я, кстати, уже ухожу. Мне пора, Аркадий. Надеюсь, мы с вами больше никогда не встретимся.
Аркадий улыбнулся ему на прощание.
– Не могу надеяться на то же самое.
Вадим Сергеевич встал со стула и попятился к выходу. Улыбка Аркадия пугала его, хотя тот ничуть не был похож на монстра, он страшил его чем-то незримым, имеющим силу. Местный депутат остро ощущал непомерные знания противника, и эти ощущения все больше пугали его.
Аркадий видел, как Вадима Сергеевича пробрала дрожь, словно перед ним сидело сверхъестественное существо. Но Аркадий не был монстром. Он всего лишь был человеком, который говорит, что думает. У Вадима Сергеевича живое воображение. Ведь многие согласятся: странно видеть монстра там, где его вовсе нет.
* * *
– Это было ужасно! И мерзко! – принималась причитать Елена всякий раз, когда дорога уходила в поворот. Видимо, повороты придавали ей сил для нотаций и возвращали во вчера.
Аркадий рассмеялся:
– Так уж и ужасно? В самом деле – мерзко?
Елена одарила его самым убийственным взглядом из своего личного выработанного арсенала взглядов.
– Тебе смешно?! Вообще-то мне за первым же углом пришлось его убить!
– Я знаю.
– Он был просто человеком!
– Я знаю.
– Да что ты заладил «я знаю»! – всплеснула руками Елена, оторвав ладони от руля. Убитые «Жигули» выгоревшего бордового цвета, временно оставшись без рулевого, самовольно вильнули вправо на вымощенную щебнем обочину. Для стертой покрышки начались настоящие скачки. Старенький отечественный автомобиль подбрасывало, как на родео. При каждом новом скачке зубы Аркадия клацали друг о друга. Ему все больше становилось дурно, еще немного и его точно укачает.
Руки Елены немедленно вернулись к рулю. Она выровняла автомобиль и выехала на асфальт, пытаясь спасти их с Аркадием жизни.
Встречная машина трусливо объехала убитые «Жигули» на предельно минимальной скорости, чтобы наверняка избежать столкновения. Елена в роли водителя никого не вдохновляла на разрешенную высокую скорость за пределами населенного пункта.
– Я потому и заладил, что знаю, каким именно был человеком Борис! Он мог пойти на убийство. Где есть место трем судимостям – там будет и четвертая, – заверил ее Аркадий, на всякий пожарный случай крепче ухватившись за ручку на двери. – Между прочим, он пришел бы убивать меня! Так что, спасибо, ты меня спасла от верной смерти!
Елена недоверчиво прищурилась.
– Ты мне зубы заговариваешь, или действительно видел свою смерть?
Аркадий неопределенно пожал плечами. Ему не хотелось обманывать Елену, но и рассказывать он не хотел то, что ни одно видение никогда не показывает его. Предвидение будущего работает в другом режиме – Аркадий видит только те события или тех людей, что косвенно связаны с ним или с происходящим. Например, он предвидел некоторые детали вчерашней игры, видел Вадима Сергеевича и Бориса, видел их ставки, однако победителя видение не показало, потому что колода карт – вещь непредсказуемая.
– Надо будет как-нибудь отблагодарить Федора, который тренировал меня, готовил к игре. Ты бы видела, как он мастерски перебирает пальцами карты – самому захотелось стать фокусником!
– Спустись с небес на землю! А насчет отблагодарить – он уже знает.
– Откуда? Как он смог догадаться, что я ему благодарен? – заинтересовался Аркадий, не припоминая того, что бы вчера навещал фокусника.
Елена погладила себя по голове.
– У тебя же есть я! И дара предвидения мне не нужно, чтобы знать, кого ты хочешь отблагодарить!
– Учту, что тебе можно доверять ответственные задания, помимо убийства уголовника, – усмехнулся Аркадий. – Тут, кстати, на развилке направо – не пропусти!
Елена выкрутила руль, чтобы вписаться в крутой поворот.
– Если не секрет, как ты его отблагодарила? Его не постигла участь Бориса?
– Отправила курьером огромный букет цветов и коробку конфет от твоего имени.
Брови Аркадия поползли вверх.
– Когда это он успел пристраститься к конфетам и цветам? Мы не виделись с ним всего два дня! И при последней нашей встрече Федор упомянул, что не прочь бы выпить хорошего коньяка!
Елена вздернула подбородок кверху.
– Может, я и хорошенькая блондинка, только не настолько глупая, чтобы действительно отправить мужику зрелого возраста цветы и конфеты!
– Не принимай на свой счет, Елена. Я всего лишь дурачусь! Должен же я хоть иногда расслабляться? – Аркадий снял очки и протер ладонью уставшие глаза. – И если я тебя обидел, то извини. И за вчерашнее – извини. Я должен был предупредить тебя о плане действий, но в последний момент решил, что твоя импровизация лучше.
